Не желаете ли послеобеденного чая?
Глава 79 — Я исполню все твои желания за всю жизнь
https://lorachi.baconana.com/novel/68080686b8388728b76131ea/chapter/79

Если бы меня спросили, какое время года я люблю больше всего, раньше я бы без колебаний ответила: «Лето». Из-за длинных каникул, множества событий, детского восторга. Но теперь, став взрослой, я скажу: «Осень». Потому что осень — сезон, когда родилась ты, самая дорогая для меня на свете. Лёжа в гамаке на деревянной террасе, я чувствую осенний ветер и шелест листвы, глядя на возлюбленную в соседнем гамаке. Сквозь её длинные чёрные волосы виден изящный контур уха, а серебряная серьга отражает оранжевый свет заката. Иногда я вдруг осознаю: Юи-сан действительно стала моей возлюбленной. Сейчас она целиком принадлежит мне. От этой мысли сердце теплеет. Этому чувству есть название — «любовь», и научила меня этому именно Юи-сан. «Кaruizawa — классное место, правда?» Юи-сан задумчиво смотрит в небо, и я соглашаюсь: «Да, точно». Прохладно, ветер приятный, хочется остаться здесь навсегда. «Давай приезжать сюда каждый год. Может, купить виллу? Что думаешь, Каната?» Она смотрит на меня и ухмыляется. «Вилла»… С моим обычным финансовым мышлением я удивлённо округляю глаза. Сколько же Юи-сан зарабатывает? — хочу спросить, но сдерживаюсь. Даже для возлюбленных такие вопросы — нарушение границ. Хотя мне любопытно, это правда. «Я никогда в жизни не думала о покупке виллы…» Семья Аозава часто переезжала из-за работы отца, мы всегда жили в съёмных квартирах, и идея владеть домом мне чужда. Но тот одноэтажный дом, который принадлежит Юи-сан, я обожаю. Когда всё закончится, я хочу снова жить там вместе. Это место значит для меня больше, чем любой дом, где я жила. «Когда работа устаканится, возьмём длинный отпуск и отдохнём вдвоём. Можно путешествовать». Когда работа устаканится… Наверное, после годового отчёта. Если продержимся до марта, наши отношения станут официальными. Я ещё не говорила Юи-сан, но я тоже должна сказать своей семье. На Новый год, вернувшись в Лондон, я хочу рассказать, что влюблена в женщину и хочу быть с ней. Это мой долг перед Юи-сан, которая посвятила мне свою жизнь. Я верю, что папа и мама примут меня. Папа — как золотистый ретривер, всегда улыбается и обожает своих детей. Мама, которая любит такого папу, спокойная и желает мне счастья больше всего. Но как отреагирует Канаме? Наверное, будет шуметь, требуя познакомить с моим партнёром. Она неожиданно привязана к старшей сестре. Я пока не готова раскрыть, что это Юи-сан… Папа точно будет в шоке. Даже без брака я счастлива. Потому что ты сейчас рядом. «Было бы здорово взять отпуск вдвоём». «Не переживай. Я не собираюсь вечно работать в этой компании. Сейчас просто пик занятости». «Правда?» «Ага. Президенты дочерних компаний обычно меняются через три-пять лет. Если ты не против, я бы хотела, чтобы ты поехала со мной, когда я перейду. Но если хочешь остаться в этой компании, можешь остаться. Подумай тогда. Не факт, что я снова буду президентом». «Ого… так устроены компании…» Я думала, Юи-сан навсегда останется президентом этой компании. Похоже, мир работает иначе. Но она ведь собирается стать президентом холдинга, так что логично. «И потом, работать без остановки — расточительство. Никто не знает, когда умрёт. Поэтому я хочу ценить время, что мы вместе. Времени я найду сколько угодно». Она смотрит мне в глаза. Кажется, она думает о своей маме… «…Всё, что ты захочешь, я исполню за всю свою жизнь». Она нежно улыбается, и моё сердце сжимается от любви. Пусть в последний момент моей жизни ты будешь рядом, держа меня за руку. Через годы, десятилетия — мои чувства не изменятся. В Японии мы не можем пожениться. Я это знаю. Только что я думала, что счастлива и без брака. Но всё же… Я хочу выйти за Юи-сан замуж. Хочу, чтобы перед богом она поклялась любить только меня. Никогда не любить других. Любить меня всю жизнь. Поклясться по-настоящему. Почему я вдруг об этом задумалась? Я же с самого начала знала, что брак невозможен. Я так сильно тебя люблю, почему это запрещено? Почему мы не можем пожениться? Мы никому не мешаем. Я просто люблю, люблю, безумно люблю и хочу жить с тобой… «Эй, Юи-сан». «М?» «…Люблю». Я вкладываю в это слово все свои чувства, и она, счастливо улыбаясь, гладит мою щёку. Люди, похоже, становятся всё жаднее. Просить клятвы в вечной любви — слишком стыдно, я пока не готова. Но когда-нибудь я хочу увидеть Юи-сан в свадебном платье. Так я подумала.

Барбекю, как и обещали отзывы, было восхитительным. Толстые куски мяса, приготовленные на гриле, таяли во рту, а разнообразие овощей было таким, что мы не смогли всё съесть. Насытившись и немного отдохнув, мы заметили, что стемнело. Оранжевые фонари мягко освещали окрестности. Я посмотрела время на телефоне — скоро время забронированной бани. «Юи-сан, пора в баню». «Ага, идём. Личная баня — это будет весело». Она смотрит на меня с лукавой улыбкой, и я отворачиваюсь, чтобы скрыть покрасневшие щёки. «Сегодня особый день. Это ради вашего дня рождения…» «Знаю. Спасибо, что балуешь меня». Мы вернулись в купольную палатку, собрали одежду в сумку и, держась за руки, пошли к бане. Взяв ключ на ресепшене, мы направились в раздевалку. Это открытая баня, но свет в раздевалке яркий, и я колеблюсь, раздеваясь. Она обнимала меня много раз, возможно, привыкла к моему телу, но я всё равно нервничаю. Юи-сан собирает длинные чёрные волосы и без колебаний снимает рубашку. Я медлю, теребя пуговицы блузки, и она, уже в нижнем белье, замечает это и хихикает. «Что такое? Не можешь раздеться сама?» «Н-не то!» Вдруг её длинные белые пальцы касаются пуговиц моей блузки. «Давай помогу». «Э… п-подожди!» Подожди, я не готова. Я хватаю её руку, поднимаю глаза и вижу в её глазах, похожих на ночное море, озорной блеск. Она дразнит меня. Щёки горят. «Я с-сама разденусь…! Юи-сан, отвернитесь!» В отчаянии я выпаливаю, и она, смеясь, отводит взгляд, будто говоря: «Ну ладно». То она вредная, то нежная — я никогда не пойму Юи-сан. Из-за неё я всегда в смятении, а сердце бьётся так громко, что не остановить. Как я и просила, она не смотрела на меня, пока мы не вошли в баню, и я облегчённо выдохнула. Погрузившись в тёплую воду по плечи, я чувствую, как Юи-сан обнимает меня сзади. Её гладкая кожа касается моей, и напряжённое тело наконец расслабляется. «…Не надо так стесняться. Ты такая милая, Каната». «Я не такая стройная, как вы, Юи-сан, мне стыдно, когда на меня смотрят при свете». В отличие от Юи-сан, я не высокая, грудь и фигура у меня обычные, и мне неловко, когда на меня смотрят. «Неправда. Ты очень красивая. Помнишь, как мы купались в Хаконе? Я тогда подумала, какая у тебя гладкая кожа, так и хочется обнимать тебя вечно». Она шепчет мне на ухо, и я надуваю губы. «…С кем ты меня сравниваешь?» У Юи-сан, в отличие от меня, было много «сравнений», и мне это не нравится. Она смеётся и качает головой. «Ни с кем не сравниваю». Правда? Я беру её левую руку, обнимающую мой живот, и глажу её аккуратно подпиленные ногти с лёгким коричневым лаком. Когда я впервые готовила свои ногти к этой ночи, я вспоминала ногти Юи-сан. С тех пор, как мы начали встречаться, её ногти стали короче, не как в университете, когда она подстригала их для множества девушек. Теперь она делает это только для меня. Когда я подпиливала свои ногти, это осознание вызвало смесь радости и смущения. Я люблю твои ухоженные длинные пальцы без единого заусенца. Не удержавшись, я целую её пальцы, и её губы касаются моей шеи. «Каната». Она зовёт, я оборачиваюсь, и наши губы мягко соприкасаются. Она крепко сжимает мою руку, и она горячая. Когда мы отстраняемся, её горящие глаза смотрят в мои. «Когда ты так делаешь… я могу подумать, что ты меня соблазняешь. Можно прямо здесь?» «Э?» Я удивляюсь её словам. Я просто играла с её пальцами! «Я не это имела в виду…» Я поспешно останавливаю её руку, скользящую по моему бедру. Она хмурит брови и тихо вздыхает. «…Каната. Твоя привычка делать такое неосознанно — это надо исправить… Моя выдержка на пределе». «Это я виновата? Это вы, Юи-сан, всё время думаете о пошлостях!» «Но что я могу поделать? Я тебя люблю, и естественно хочу. А ты разве нет? Тебе не нравится со мной?» Она смотрит мне в глаза, и я отворачиваюсь. Когда она так прямо спрашивает, я теряюсь. «Не в том дело… Но здесь нельзя…» Мой голос становится тише. Если она меня здесь уговорит, мой план рухнет. После бани я забронировала бар, чтобы выпить. Потому что, наверное, без алкоголя я не смогу… ну, завалить Юи-сан. Я мямлю, а её чёрные глаза смотрят на меня. «Тогда… на кровати можно?» Её голос нежный, баловующий. Я опускаю взгляд, киваю, и она тихо смеётся. «Юи-сан, вредина. Почему ты смеёшься…» Я смущаюсь и обижаюсь, а она крепко обнимает меня спереди. «Прости, прости. Ты такая милая, не могу удержаться. Я потерплю, обещаю». Её тёплое тело так уютно, что я закрываю глаза. Сердце всё ещё бьётся как сумасшедшее. Справлюсь ли я? Выдержу ли до ночи? Я теряю уверенность. Думая об этом, я обнимаю её белую спину в ответ.