Как я покупаю одноклассницу раз в неделю Глава 25 — Это потому, что Мияги ко мне прикасается https://lorachi.baconana.com/novel/6826a0be0435f42ed048ce31/chapter/25 Смущённая Мияги — забавная. Звучит, будто у меня плохой характер, но проблема в том, что Мияги реагирует так, словно сознаётся в преступлении. «Не двигайся». Я тяну руку к Мияги, которая сидит напротив за столом и читает мангу. Но не успевают мои пальцы коснуться её, как она подозрительно спрашивает: «Что?» «У тебя волос на голове». Я объясняю причину, и она отрывается от книги, спрашивая: «Где?» «Я уберу». Я опираюсь на стол, наклоняюсь вперёд. Пальцами, направленными к её груди, я касаюсь её шеи. Не сильно. Совсем легко, на мгновение. Словно случайно задела, но Мияги отшатнулась сильнее, чем нужно. Несколько дней назад. В тот день, когда я заснула в этой комнате, я проснулась от щекотки на шее. Но голова была ещё наполовину во сне, и я не поняла, что произошло. Но всё же. То, что я считала сном, явно не было сном. Реакция Мияги подтверждает это. В тот день её губы коснулись моей шеи. Я тяну её за волосы, длиннее плеч. « Ай!» «Прости, ещё не вытащила». Очевидно, я тянула не выпавший волос, но так говорю. «Нарочно, да?» «Мне показалось, что волос выпал, хотела убрать». Я не отрицаю, что это было нарочно. Я застегнула одну из двух обычно расстёгнутых пуговиц блузки. Галстук тоже завязала аккуратнее, чем обычно, прежде чем войти в эту комнату, и она отвела взгляд. С тех пор Мияги ведёт себя странно. Вот и сейчас — я чуть поддразнила, а она реагирует слишком бурно. «Делай домашку быстрее», — недовольно говорит Мияги. Дикая кошка, которую я считала приручённой, снова показывает настороженность. Сегодня Мияги кажется именно такой. «Не торопи, я почти закончила». «Делай домашку». Приказ, данный час назад, стал немного хлопотным после разделения классов. Когда мы были в одном классе, домашка была одинаковой, и я просто давала ей списать. Но теперь задания разные, и мне приходится делать её домашку отдельно. У Мияги оценки не выдающиеся, есть предметы, которые ей даются тяжело, но в целом не так уж плохо. У неё впереди экзамены, могла бы заниматься серьёзнее. Всё, что можно классифицировать как «хорошее», открывает больше возможностей. Уметь учиться лучше, чем не уметь. Больше вариантов университетов, больше выбора в будущем. Конечно, у всего есть пределы, и некоторые усилия могут быть напрасны, но всё же. «Университет выбрала?» В начале апреля я задавала похожий вопрос, и она ответила «не знаю». Теперь её ответ похож, но немного другой: «Не выбрала. Если поступлю, то куда получится». «Как-то слишком безответственно». «Мне неинтересно. Лучше делай домашку». «Да-да, поняла». Жалко. Я не собираюсь говорить, чтобы она ходила на те же курсы, что и я, или выкладывалась на полную, но Мияги слишком равнодушна. Всегда какая-то отстранённая. Но в тот день она была активной — или скорее, без спроса коснулась меня губами. Я касаюсь своей шеи. Не понимаю, зачем ей пришло в голову целовать это место. Я думала, может, это продолжение её желания ставить засосы, но тогда на моей шее остался бы след. Какой смысл просто касаться? Если это приближает нас к дружеским отношениям, которые она отрицает, то ладно. Но её действия будто стремительно меняют наши отношения в сторону чего-то, что не дружба. Мне приятно, что она привязалась, но если такое продолжится, это проблема. Я боюсь, что связь с Мияги станет слишком глубокой. Я не хочу настолько близких отношений. Достаточно дружбы серого оттенка — ни слишком светлого, ни слишком тёмного. Иначе мне кажется, что в следующем году я не смогу нормально попрощаться. К тому же я не так уж сильно возражала против того, что она сделала. Но это неправильно. Я не могу объяснить, что именно, но это не так. Я беру ластик и бросаю в Мияги. Он летит по плавной дуге, пролетает над учебником и падает рядом с ней. «Ты сегодня мало говоришь. Что-то случилось?» Я окликаю её, поднимающую взгляд, и расстёгиваю вторую пуговицу блузки. Она отводит глаза слишком явно. Мне неприятно, что только я теряю равновесие. Пусть и Мияги немного растеряется. «Ничего», — холодно отвечает она и тут же возвращается к книге. «Поговорим о любимом человеке?» «Не хочу». Знаю. Она не выглядит любительницей таких разговоров. Я думала, она не в курсе сплетен, но ошиблась. Раз она знала о моём признании, у неё, похоже, есть свои источники. «Мияги, у тебя нет любимого человека?» «Не люблю такие разговоры». «Тогда зачем в прошлый раз сама завела такую тему?» Она специально спрашивала, почему я отказала тому парню, будто хотела поговорить. Я не дам ей притвориться, что она забыла. «…» Похоже, она не собирается отвечать, слышно только шуршание страниц манги. «Мияги». Я требую ответа, но она не шевелится. Но если присмотреться, между её бровей появилась морщина. Я слегка глажу свою шею. Это потому, что ты поцеловала меня туда. Сама виновата. Пора бы раскаяться. Но сидеть в одной комнате с Мияги, которая меня игнорирует, тоже не весело. «Кстати, одолжи книгу на Золотую неделю». Решаю её простить и меняю тему. «Не дам». «Так и думала». Вот это — привычная Мияги. Хочу, чтобы она всегда была такой. Если всё будет повторяться как обычно, мирное время продлится дольше. Я не хочу эмоциональных американских горок. Поэтому её неизменный ответ успокаивает.