Как я покупаю одноклассницу раз в неделю Глава 37.6 — Бонусная глава: Сэндай-сан наверняка даже не знает моего имени https://lorachi.baconana.com/novel/6826a0be0435f42ed048ce31/chapter/37.6 Хотя уже июль, солнце светит не сильно. Я останавливаюсь и смотрю в небо. Утром, когда я выходила из дома, облаков почти не было, а теперь они начинают затягивать всё небо. Кажется, что вот-вот пойдёт дождь… и в то же время — будто не пойдёт. Сезон дождей давно закончился, лето пришло, но послеурочное небо всё ещё не хочет признавать лето. Из-за этого странно нерешительного неба я колеблюсь: делать крюк или нет. Даже если вернусь быстро — дома всё равно никого нет. Пустой дом, убивать время в одиночестве, готовить и есть ужин в пустой кухне. Ради этого нет смысла спешить домой, лучше где-нибудь задержаться… но если во время прогулки пойдёт дождь — будет неприятно. Зонта нет, промокну, потом сушить форму — морока. Можно, конечно, завтра не пойти в школу под предлогом «форма не высохла», и никто меня не отругает, но и дома одной — скучно. Пойдёт, не пойдёт, пойдёт… Медленно иду дальше, останавливаюсь перед книжным и снова смотрю в небо. Облаков вроде стало больше… или нет. Хочется, чтобы вернулось чистое синее небо, как недавно, но, похоже, не судьба. Недавно я была здесь с Майкой, поэтому книг, которые хочется купить, нет. Но в этот книжный я начала ходить только в старшей школе, здесь хороший выбор, и можно убить время, даже если ничего не покупать. Ставлю на то, что дождя не будет, захожу внутрь и иду к манге. На глаза попадается интересное название, беру в руки, думаю — купить или нет. Сегодня, когда вроде дождь, не лучший день для покупок, ставлю обратно, иду к полкам с романами, потом к журналам. Смотрю на обложки разложенных стопкой журналов, ничего интересного не вижу, случайно смотрю налево. «А…» Невольно вырывается звук. Лицо, которое иногда вижу в этом магазине. Та же школа, тот же класс. Просто одноклассница — не больше и не меньше. Сэндай-сан. Мне становится неприятно. Мне не интересны блестящие журналы, которые она листает, но просто смотреть на обложки — хороший способ убить время, хочется остаться. Но рядом с ней, в той же форме, в одном отделе — неспокойно. Сэндай-сан — из другого мира, и если она подойдёт — будет только хуже. Поэтому, увидев её, я всегда ухожу. Я тихо выдыхаю. Всё равно она меня не заметит. За всё время ни разу не заметила, значит, и сегодня не заметит. Да и вообще, сомневаюсь, что она помнит моё имя. Может, даже лицо не помнит. Мы с ней настолько из разных миров. Между нами — невидимая черта. В школе это особенно очевидно. Одноклассники словно раскрашены разными цветами, и одинаковые собираются вместе. Класс будто поделён границами, цвета не смешиваются. Естественно, мой цвет и цвет Сэндай-сан — разные. Хотя физически переходить можно, обычно это не напрягает, но когда попадаешь не в свой «сектор» — воздух другой, неуютно. Сэндай-сан — человек, который такого не чувствует. Она легко переступает границы и идёт куда хочет. С ней не найти общего языка. Перед тем как уйти из отдела журналов, я тайком смотрю на неё. Она с необычайно серьёзным лицом разглядывает журнал с яркой обложкой. Кстати, в прошлый раз тоже стояла с таким же серьёзным лицом. В школе она всегда светлая и весёлая, образ совсем другой. Но всё равно притягивает взгляды — это не меняется. Не так ярко, как Ибараки-сан, но заметно. Может, просто из-за лёгкого макияжа выглядит красиво. Я поворачиваюсь к ней спиной, ухожу из отдела журналов, возвращаюсь к манге, беру книгу, которую думала купить, ставлю обратно, иду к романам. Хожу кругами по магазину и снова возвращаюсь к журналам. Сэндай-сан уже нет. Я не собираюсь за ней следить, как сталкер, поэтому решаю идти домой и направляюсь к выходу. У кассы вижу Сэндай-сан, роющуюся в сумке, и останавливаюсь. Что она делает? Мне становится интересно: я никогда не видела её такой растерянной в школе. Не стоит подходить… но любопытно. Подхожу ближе — слышу «а?», «о-о…» и другие растерянные звуки. На кассе высвечивается цена книги, но оплаты нет. Похоже, она забыла кошелёк. Мне становится с ней как-то по-человечески близко. В моём кошельке — часть карманных денег, которых у меня слишком много. Если отдать ей — мне не убудет. Но было бы забавно посмотреть, как «идеальная» в школе Сэндай-сан будет продолжать паниковать и уйдёт ни с чем. «Эту книгу…» Слышу её голос. Мой рот и тело двигаются сами: «Я заплачу». Слышу удивлённое «Э?» и подхожу ещё ближе, достаю из кошелька пять тысяч иен и кладу на поднос. «Сэндай-сан, используй». Это просто каприз, я не хочу ей ничего «продать» и ничего не жду взамен. Просто так. Без особого смысла достала пять тысяч. Может, увидела в растерянной и паникующей Сэндай-сан себя саму. Или захотелось посмотреть, какое у неё будет лицо. Сама не знаю, но раз в кошельке была купюра в пять тысяч — сделала то, чего обычно не делаю. Наверное, точно так и есть. «…Мияги, да?» Она знает моё имя. Я сглатываю слова, которые чуть не вырвались. Я была уверена, что Сэндай-сан никогда не произнесёт моё имя, поэтому её удивлённое лицо заставляет и меня удивиться и чуть не ляпнуть что-то лишнее. «Заплати этими деньгами». «Не надо, я же чувствую себя неловко». «Не переживай». Это ничего не значащий поступок, можешь забыть. Если мы будем долго торчать у кассы из-за ерунды «платить-не платить» — привлечём внимание. Если кто-то увидит и потом в школе спросит, что мы делали вместе с Сэндай-сан — будет неприятно. Хочу поскорее уйти. Но Сэндай-сан не сдаётся. «Нет, я верну». Пять тысяч возвращаются ко мне. Но я не собираюсь их забирать. Снова кладу на поднос. «Эм… оплата вот этой купюрой подойдёт?» Слышу растерянный голос кассира, отвечаю: «Да, пожалуйста», — и пять тысяч исчезают в кассе. Пока Сэндай-сан получает сдачу, я отхожу. Но она тут же догоняет. «Мияги, спасибо. Забыла кошелёк, ты меня выручила». Слышу её светлый голос, но раз выручила — оставь меня в покое. В школе мы из разных зон. Здесь я должна быть в отделе манги, а она — в отделе блестящих журналов. Нам не по пути, лучше держаться подальше. «Вот сдача. Потраченное верну завтра в школе». «Не надо возвращать. Сдачу тоже дарю». Пять тысяч мне не нужны. Если Майка увидит, как я обмениваюсь деньгами с Сэндай-сан, начнёт допрашивать, что у нас было. Это не интересно. Я поворачиваюсь к ней спиной и иду. «Эй, подожди, мне неудобно!» «Правда не надо, дарю Сэндай-сан». «Не могу принять, верну». «Тогда выброси». «Выбросить деньги?!» Она хватает меня за плечо. Если не хочешь выбрасывать — просто возьми, но она не хочет ни того, ни другого и сама решает, как быть. «А, точно! Считай, что я и сдачу тоже заняла. Завтра верну всё пять тысяч сразу». «Не надо так. Возвращать не нужно». Я стряхиваю её руку и выхожу из магазина. «Верну. И сдачу тоже — всё пять тысяч завтра в школе». Похоже, она идёт за мной. Слышу за спиной немного колючий голос, какого в школе от неё не слышала. Она всегда с теми, кто с радостью взял бы деньги, но сама, похоже, не из таких. Неожиданно упрямая. И настырная. Я иду и думаю, как бы заставить её взять пять тысяч. Что-то, от чего она будет вынуждена принять — хочет или нет. В голове всплывает глупейшая идея. «…Тогда отработай пять тысяч». Говue не глядя на неё. Деньги — плата за труд. Предложение дурацкое, но логичное. Папа тоже работает ради денег. Всё, что у меня в кошельке — часть того, что он заработал, жертвуя выходными, временем с семьёй и всем остальным. «Э? Отработать?» «Для начала — пойдём ко мне». Останавливаюсь и смотрю на неё. «Чтооо? Пойдём к тебе — это как? Я же сказала, завтра верну». «Не придёшь — значит, дарю, бери». Она не придёт. И не надо. Пять тысяч — подарок Сэндай-сан. На этом всё. Даже если вернусь одна — всё равно будет скучно, но я поворачиваюсь к ней спиной. Слышу лёгкий вздох. Пусть остаётся там. Перед тем как идти дальше, поднимаю глаза к небу. Облаков стало ещё больше, чем когда я заходила в магазин. Теперь уже не «кажется, будет дождь», а точно будет — небо затянуло серым. Надо спешить. Не хочу промокнуть форму. Думаю об этом — и слышу уже тяжёлый вздох. «Зонт у меня дома есть…» Не знаю, есть ли у неё зонт, но её грустный вздох заставляет сказать лишнее: «Ладно, уже. Где ты живёшь? Недалеко?» «Не очень. Идём». Бормочу и иду дальше, а Сэндай-сан правда идёт за мной. Я не знаю, что хочу заставить её делать. Она не знает, что будет делать. Но иногда, наверное, и такое бывает нормально. Особого желания что-то поручить у меня нет, просто одной дома скучно. Сэндай-сан вполне сгодится, чтобы убить время. Говорить, скорее всего, не о чем, но лучше, чем одной. Поэтому я молча иду домой.