Как я покупаю одноклассницу раз в неделю
Глава 379 — К Мияги — 2
https://lorachi.baconana.com/novel/6826a0be0435f42ed048ce31/chapter/379

Медленно провожу пальцами по серёжке, затем глажу щёку Мияги. «Сэндай-сан, обмен». Мияги бормочет это, вырывается из моих рук, поднимает с пола ключницу и протягивает мне. Я подтягиваю к себе сумку, брошенную ранее, и достаю свою ключницу. «Спасибо за пёсика». Передаю ей ключницу, мы меняемся. Я беру у неё кота, шепчу «я дома» и убираю в сумку. «Мияги, ты сказала, что просто спала… Но зачем здесь?» Когда я задаю вопрос, Мияги смотрит не на меня, а на плед на полу. Ответа нет. Тишина становится такой густой, что, кажется, слышно, как течёт воздух. Мияги, выглядевшая так, будто упала. Плед, в который она была завёрнута. Ключница с котом, выскользнувшая из её рук. Всё это — прямо перед моей комнатой. Собрав воедино все детали, понимаю: её слова «просто спала» — чистая правда. Рада, что она не падала, но даже так не могу понять, зачем ей было спать на полу у моей двери, а не в кровати. «Мияги». Зову её, не собирающуюся разрешать мои сомнения, но ответа нет. Мияги молчит, но и не пытается встать. Обычно она бы уже ушла к себе. Почему сейчас остаётся? Почему не жалуется, как обычно? Вопросов всё больше. Мысленно возвращаюсь назад, пытаюсь разложить всё по полочкам. Я оставила Мияги дома и пошла к сестре. Перед этим мы смотрели кино. Это был ужастик, который Мияги не любит… «Может, ты спала здесь, потому что… испугалась?» «Нет». Мияги отвечает тихо, натягивает плед и отодвигается. Знаю, в такие моменты она не станет объясняться. Но мои фантазии уже рисуют желанный ответ: После ужастика Мияги стало страшно одной, и она пришла к моей двери, надеясь на меня. Ей хотелось быть в моей комнате, а не в своей. Но войти без спроса не могла, поэтому осталась снаружи. Это лишь мечты, но было бы здорово, если бы так и было. «Если не поэтому, то зачем тогда?» Приближаюсь настолько, насколько она отдалилась, хватаю плед и дёргаю. Мияги тянет его обратно, бросает равнодушное: «Какая разница?» «Скажи мне». «Причины нет». Её резкий тон заставляет меня отступить. «Ладно, причины может и не быть. Но не спи на полу, простудишься». «Я не спала. Бодрствовала». «Но когда я пришла, ты спала». Сильнее дёргаю плед, Мияги ворчит: «Сначала бодрствовала». «Ну, все бодрствуют перед сном». В ответ она резко выпускает плед из рук и толкает его в мою сторону. Теперь у меня перед носом не Мияги, а смятый плед. «…Мияги, если уж спать не в своей комнате, заходи в мою и спи сколько влезет. Нечего тут на полу простужаться». Если бы она действительно испугалась ужастика и пришла ко мне — это было бы мило. Но также означало бы, что я оставила её в таком состоянии, что ей пришлось спать в коридоре. Сердце сжимается. Надо было вернуться раньше. Даже если причина не в страхе, я всё равно показала ей ужастик, зная, что она их боится, а потом ушла. Ей было одиноко. Я не ставила сестру выше Мияги, но заставила её ждать слишком долго. «…Сэндай-сан, когда ты вернулась?» Мияги игнорирует моё предложение зайти в комнату и меняет тему. Но я обязана ответить — задержалась дольше, чем планировала. «Только что. Сестре было хуже, чем я думала». «Она в порядке?» «Наверное. Я накормила её и дала лекарства». «…Я не о ней. Сэндай-сан». «М-м? Обо мне?» «Ты в порядке?» Её голос тихий, но серьёзный. Поднимаю взгляд. На её лбу нет морщин. Не сердитая Мияги смотрит на меня. Неожиданно. Не думала, что она переживает не о сестре, а обо мне. Откладываю плед в сторону, осторожно отвечаю, чтобы не волновать самого дорогого человека: «Всё хорошо. Потому что ты здесь». Без Мияги я не знаю, смогла бы сохранять спокойствие у сестры. Могли бы всплыть старые чувства, и я сказала бы то, о чём лучше молчать. Хотя, скорее всего, я бы вообще не пошла к сестре. А если бы с ней что-то случилось — пожалела бы и бросила всё. Но Мияги была со мной, поэтому этого не произошло. Мне больше не нужно сравнивать себя с другими, не нужно становиться сестрой. Я не должна быть такой же, как она. Я должна быть «своей» для Мияги. «Спасибо, Мияги». Прикасаюсь губами к её щеке, провожу пальцами по чёрным волосам. «Я тут ни при чём». «Как же». У меня есть место, куда хочется вернуться — «Мияги Сиори». Поэтому я смогла пойти к сестре. Пусть я и не идеальна, но я сделала, что нужно, и вернулась, не погрузившись в темноту. «…Хадзуки». Её шёпот касается уха, пальцы дотрагиваются до моего кулона. Она проводит по цепочке, трогает четырёхлистный клевер и дёргает. Кулон впивается в шею, я наклоняюсь к Мияги. Её лицо приближается, наши губы соприкасаются. Удивлённо смотрю на неё, но она отводит взгляд и прислоняет лоб к моему плечу. «Сейчас можно». Не понимаю её бормотание. «А?» «Обещание». «Обещание?» Тупо переспрашиваю, и Мияги отвечает еле слышно: «…Мы же договорились. Что в следующий раз… Сейчас можно». В тот день, когда Мияги попросила помочь с вечеринкой для Мио, мы заключили договор. О том, что я смогу обнять самое дорогое внутри самого дорогого. Я так ждала этого. «Мия—» Мой голос перебивает странный звук. «Э-э?» Вместо имени Мияги я издаю глупый звук. Это было урчание, прозвучавшее так громко, будто не оставило времени на слова. Моя рука тянется к источнику. Живот Мияги. Звук уже стих, но я всё равно прикасаюсь. «Ты проголодалась?» Глажу её живот, явно подававший сигнал голода, но Мияги поднимает лицо от моего плеча. «Нет. Это твой живот». Она отрывает мою руку от себя и прижимает к моему животу. «Это точно твой». «Нет. Я не голодна». «Ты поела?» «Да». «Что?» «…Кое-что». Мияги даёт уклончивый ответ и толкает мой живот. Её слова и поведение так по-детски, что я не могу сдержать смех. Всё-таки моё место — здесь, и Мияги необходима мне. «Я тоже не ела. Давай поужинаем вместе». Накормила сестру, но сама не поела. Пока шла сюда, не чувствовала голода, но теперь, успокоившись, осознаю — хочу есть. «…Если будем есть, тогда сейчас — не считается». Честно говоря, жаль. Даже если живот пуст, я хочу прикасаться к Мияги, обнимать её. Но если и она голодна, тогда другое дело. «Хорошо. Я приготовлю, и мы поедим вместе». «…А обещание?» «Подождёт, пока ты снова не разрешишь». «Сама предлагать… больше не буду». «Тогда завтра». «Почему ты решаешь?» «Если не нравится — решай сама». Улыбаюсь, сжимаю её руку. В ответ слышу «бесишь», но она не вырывается. «…Отложим». Мияги бормочет это, затем добавляет: «Пойдём есть». «Эй, Мияги. Давай завтра». «Завтра решим». «Я верю, что ты не откажешь». Встаю, чтобы приготовить запоздалый ужин. В ответ раздаётся тихий голос: «Быстрее готовь».