Не могу устоять перед соблазном идеальной старшей сестры! Глава 66 — Работа над ошибками https://lorachi.baconana.com/novel/6827a5170435f42ed048ce54/chapter/66 На следующий день после того, как завершилась (хм?) моя водная реабилитация в клубе, который посоветовала Цумуги-сан — жена идиотки Аяко. — …………Хм-м. Значит, «завершилась благополучно», да? — …М-мама, ты чего?.. — Послушай, Котоне, можно тебя спросить? Ты тут распинаешься, что всё прошло хорошо. — Ну да. — И у тебя хватает совести заявлять такое, будучи в таком состоянии? Интересно, сможешь ли ты повторить это, прочитав вот это? С этими словами мама, заглянувшая ко мне по доброте душевной, с крайне скептическим видом швырнула мне, валяющейся на кровати, какой-то документ. Там было написано следующее: > «Уважаемая Котоне Отосэ! > Благодарим вас за выбор нашего клуба. По результатам сегодняшнего внутреннего совещания компании было принято решение запретить вам посещение нашего заведения сроком на полгода, начиная с сегодняшнего дня. > > Причиной запрета послужили зафиксированные действия с вашей стороны в отношении других клиентов: нецензурная брань и попытки рукоприкладства, действия, нарушающие общественный порядок и нормы морали, а также действия, приведшие к загрязнению бассейна. На данные инциденты поступили жалобы как от сотрудников, так и от других посетителей. В нашем заведении строго запрещены действия, мешающие окружающим, аморальное поведение и нарушение санитарно-гигиенических норм. > > В связи с вышеизложенным, к нашему глубокому сожалению, мы вынуждены временно закрыть вам доступ в наш клуб. > Надеемся на ваше понимание». — …………Э-э… ну… — Ну? Спрашиваю еще раз. Ты говорила, что реабилитация прошла благополучно… Ты всё еще готова это утверждать после прочитанного? Что нужно было сотворить, чтобы получить бан с первого же посещения? — …………Честно говоря, мне очень жаль. Мама, которая (формально) является моим опекуном, зачитала мне этот приговор. Ну… если вкратце объяснять, что произошло… В первый же день реабилитации в бассейне я умудрилась попасть в черный список. — Мне не извинения твои нужны, а объяснение причин. «Помехи окружающим», «аморальное поведение», «антисанитария»… Ты собрала полное комбо. Что ты там устроила, Котоне? — …Ну, в общем. Сначала… какие-то спиногрызы бегали у бортика и врезались в Кото-тян и Цумуги-сан… — Так. — Я решила преподать этим соплякам урок о важности соблюдения правил… и вместе с Аяко мы уже собирались применить «воспитание кулаком», но Кото-тян и персонал грудью встали на защиту детей с криками «Насилие — это плохо!». — …И? — Кото-тян пыталась меня удержать, и в процессе… ну… от избытка чувств я её повалила, а заодно… вцепилась ей в грудь прямо поверх купальника… — ………… — Её грудь была настолько мягкой, настолько чудесной и великолепной, что мой организм не выдержал. Я выдала мощнейший фонтан крови из носа………… и окрасила бассейн в багровый цвет… — Ты моя дочь, но что десять лет назад, что сейчас — ты поразительная дура. Мама посмотрела на меня с нескрываемым презрением. В этот раз у меня не было ни единого аргумента, чтобы возразить на её колкости… — Понятно. «Помехи окружающим», «аморалка» и «антисанитария»… Ты действительно закрыла все пункты для бана. Неудивительно, что тебя выставили. Радуйся, что это всего на полгода, а не пожизненно. — …Хоть я и виновница, но согласна с тобой. Мама права. По-хорошему, меня должны были вышвырнуть навсегда, а вдобавок вкатить иск за срыв работы заведения и угрозы детям. Спасло только то, что моя агрессия была вызвана заботой о безопасности, а сотрудница Аяко вместо того, чтобы меня остановить, сама рвалась в бой. Ну и Кото-тян с Цумуги-сан отчаянно за меня заступались. Я очень виновата перед ними. Особенно перед Цумуги-сан: она так старалась, советовала место, а в итоге получила такой кошмар… — И это еще не всё. Мало того, что ты получила бан. Ты так хотела покрасоваться перед Кото-тян, что перепахала на тренировке. Потом кинулась спасать её из воды, задействовав силы, которых у тебя еще нет. И финал — кровопотеря почти летального уровня… В итоге: упадок сил, дикая мышечная боль по всему телу и анемия. Только-только начала вставать на ноги, и опять в кровать. Это же просто вверх глупости. — Д-да замолчи ты уже?! …………Ой, ай-ай-ай-ай…! Больно! — Ох… Сестренка, не перетруждайся. Если будешь так кричать и возбуждаться, ты никогда не поправишься. — У-у… Прости, Кото-тян… Вот он, венец моих «подвигов». Устроила дебош в бассейне, поймала «лаки-скеч» с Кото-тян, вырубилась от потери крови… Проснулась я в состоянии «полный грогги», и теперь Кото-тян преданно за мной ухаживает. Я же хотела стать надежной сестрой, хотела перестать обременять её… а в итоге всё вышло ровно наоборот. — Снова слегла с мышечной болью, хотя совсем недавно было то же самое. Ты ничему не учишься, Котоне. И вообще, Цумуги-сан плавать не умеет, это ладно, но Кото-тян-то плавает отлично, да и дно там было близко. Тебе незачем было туда бросаться. Но ты стоило тебе увидеть, что с ней что-то не так — и ты сразу в атаку, мозг вообще не включаешь. — …………М-м-м. Мама говорила чистую правду, и мне нечего было ответить. Получать нагоняй от собственной непутевой мамаши — это двойной урон по самолюбию. — Кхм, матушка. Сестренка, кажется, уже всё осознала… Может, на этом закончим? — М-м? …Ну ладно. Котоне меня всё равно не слушает, так что передаю эстафету тебе, Кото-тян. Продолжай приглядывать за этой горе-дочерью. — Слушаюсь, матушка. Оставьте сестренку Котоне на меня. — Надеюсь на тебя. Ну, бывай, Котоне. Слушайся Кото-тян! Высказав всё, что хотела, мама со спокойной душой удалилась. Мы остались в комнате вдвоем. — …А… ну… Кото-тян… — М? Что такое, сестренка? Хочешь чего-нибудь? Кушать? Пить? Или в ванну? Может, массаж? Я могу сделать любой… …………И-и конечно, если ты пожелаешь, я могу сделать такой массаж, от которого тебе станет «хорошо» в другом смысле, я даже очень на этом настаиваю— — Н-нет, я не об этом! …Прости меня, Кото-тян. — Э?.. Кото-тян, которая как ни в чем не бывало была готова служить мне 24/7, замерла в недоумении. Она забавно наклонила голову, не понимая, за что я извиняюсь. — За что ты просишь прощения? Ты сделала что-то плохое? — Ну… как это «что-то». Мама только что перечислила весь список моих идиотских выходок. Я доставила тебе столько проблем. …Вот я и… — А, ты об этом? — …Кото-тян, ты не злишься? Я была поражена её спокойствием. Обычно после такого позора люди либо злятся, либо разочаровываются… — Ну-у… На самом деле, матушка уже всё высказала, мне и добавить нечего. К тому же я знаю, что если ты накосячишь, то потом всегда искренне раскаиваешься. — … Раскаиваюсь ли я?.. Или я просто раз за разом наступаю на одни и те же грабли? — И вообще. Хоть методы и были… радикальными, ты ведь не делала ничего плохого. Наоборот, я была счастлива. — Счастлива? Почему?.. Кото-тян прилегла рядом со мной на кровать и прошептала: — Ты так разозлилась ради меня. Едва завидев опасность, ты бросилась меня спасать быстрее всех. Это было так приятно… А когда ты несла меня на руках… ты была такой крутой, такой красивой, такой замечательной… — Э-э… ну… — Это нечестно, сестренка. Когда ты ведешь себя ТАК… я просто не могу на тебя злиться. Она улыбалась — немного виновато, но очень искренне. — Конечно, я недовольна тем, что ты так рисковала собой — это меня расстроило. Моё величайшее счастье — видеть тебя здоровой, как прежде. Я не хочу, чтобы ты перетруждалась. Поэтому за то, что ты упала в обморок, тебе придется серьезно покаяться предо мной. — У-угу… Это я… признаю… полностью раскаиваюсь… — Вот и славно. Тогда я тебя прощаю. Кото-тян ласково обняла меня и хихикнула. М-да… Такой мягкий упрек действует куда сильнее, чем любые крики. Я действительно виновата. — Но правда, Кото-тян, ты не расстроена? Из-за бана мы не сможем ходить в бассейн. И я опять буду висеть у тебя на шее… — Э? — Мало того, что меня забанили, так я еще и добавила тебе хлопот. Испортила тебе единственный выходной. Ты имеешь полное право на меня наорать. — …… — …М? Кото-тян? Ты чего? — …Ну, я боялась это говорить, чтобы ты на меня не разозлилась. — А? О чем ты? — На самом деле… для меня этот запрет — скорее даже повод для радости. У меня теперь есть «железное оправдание». — ??? Оправдание? Какое? — Прости, сестренка. Скажу честно: я с самого начала была против этой идеи с бассейном. — Э?! П-почему?! Хотя, если вспомнить, она и правда была необычно пассивна в этом вопросе. Но почему? — Потому что… если ты научишься всё делать сама… я больше не смогу о тебе заботиться… — Что-что? — Я не смогу кормить тебя с ложечки, не смогу мыть тебя в ванне, не смогу носить на руках… Всё это исчезнет. Я просто не хотела так быстро отпускать эту сладкую жизнь, где ты вынуждена во всем полагаться на меня… Поэтому, если честно, я совсем не хотела торопиться с твоей реабилитацией. — Э-это… и была причина?! — …Т-ты злишься? — Кото-тян опасливо заглянула мне в глаза. Что ж, мы стоим друг друга. Кото-тян во многих смыслах так же «стабильна» в своих причудах, как и я. — Я не злюсь… но Кото-тян, разве это правильно? Если я не буду тренироваться, я не смогу когда-нибудь сама носить тебя на руках, как ты мечтаешь. У меня же совсем нет сил для этого. — …………Вот именно. Это и есть дилемма. Я хочу, чтобы ты стала достаточно сильной, чтобы носить меня… но если ты станешь здоровой, у меня пропадет повод самой носить тебя. Я не знаю, что выбрать… Мне одинаково дорого и баловать тебя, и когда ты балуешь меня… Глядя на мучения Кото-тян, я невольно улыбнулась про себя. Эх… какая же ты дурында. Буду я здорова или нет — если ты действительно этого захочешь, я всегда буду готова носить тебя на руках. И позволю тебе делать то же самое. ◇ ◇ ◇ ~ Сторона Аяко ~ Вчера те детишки носились по бортику и умудрились столкнуть в воду Цумуги — моё величайшее сокровище, единственную и неповторимую. После того как мы с Котоне устроили им разнос, наступил следующий день. — Ну и? Начальство сказало, что ты перегнула палку, и в наказание за дебош тебе на полгода урезали зарплату, да, Аяко-тян? — …Да. — Вдобавок тебе велели самой чистить бассейн от крови Котоне-сан, и все расходы по замене воды в тот день легли на твой кошелек? — …………Да. — …Боже, Аяко-тян, ну что ты за человек. Я, Аяко Исэ… докладывала о дисциплинарных взысканиях на работе, стоя перед своей любимой женой в позе «догэдза». — Начальница права. Тебя вообще могли уволить. Ты ведь должна была остановить Котоне-сан, а не подливать масла в огонь. — …Да. — И при этом ты сама собиралась применить силу к клиентам… Это же не просто нарушение дисциплины, это профнепригодность. — …Н-но послушай! Бегать у бортика — это реально опасно! Как инструктор я обязана была сделать замечание! А они едва не утопили мою Цумуги… это же преступление, за которое и убить мало— — Даже так. Ты разве не понимаешь, что насилие недопустимо? — …………Прости. Цумуги вздохнула и продолжила нравоучения. …Может, это и неуместно сейчас, но Цумуги, которая не привыкла ругаться, но так старается ради меня — она сейчас такая необычная… и до безумия милая. Этот образ — настоящая редкость, надо бы его как-то запечатлеть— — …………Аяко-тян. Ты вообще меня слушаешь? У тебя такое лицо довольное… Ты ведь опять думаешь о чем-то постороннем? — Никак нет! …………Фух, едва не спалилась. Видимо, я заразилась идиотизмом от Котоне. Цумуги тут серьезный выговор делает, а я витаю в облаках… нужно проявить хоть каплю раскаяния. — П-послушай… Цумуги? — Да? Что, Аяко-тян? — Ты… ты ведь злишься на меня, да? На мой робкий вопрос Цумуги снова тяжело вздохнула и покачала головой. — Я не злюсь. …Я просто… ну, я в глубочайшем шоке от твоего поведения. — В-вот как… Ну да… Я понуро опустила плечи. Что ж, логично. Эх, ну и денек… Цумуги пришла на работу, я хотела показать себя во всей красе, а в итоге — меня обвинили в измене (хоть и по ошибке), Цумуги едва не утонула… Вместо крутого образа я показала себя полной дурой. Это всё из-за этой идиотки Котоне. Ну погоди у меня, Котоне… — …………Но знаешь, Аяко-тян… — Ц-Цумуги…? Пока я мысленно проклинала Котоне, Цумуги заставила меня подняться с колен и внезапно крепко обняла. Я же под следствием, за что мне такая награда?! Цумуги, словно котенок, уткнулась мне в грудь и прошептала: — …Несмотря на всё, что произошло… когда ты бросилась меня спасать… ты была такой крутой. — Фя… — Спасибо, что спасла меня. …Я влюбилась в тебя заново. — …………! Ц-Цумуги-и-и-и-и!!! Штрафы, выговоры — всё это мгновенно стало неважным. Она сказала мне лучшие слова на свете. — — Но это не отменяет того, Аяко-тян, что тебе есть за что покаяться. — Э? — Ты специально спрятала купальник, который я приготовила, чтобы вынудить меня надеть школьный. Ты устроила драку на работе. …………(Шепотом) И ты тайком заигрывала с теми милыми девочками. — П-послушай… Цумуги…? — Поэтому… Аяко-тян. Чтобы ты как следует всё осознала… я назначаю тебе наказание. У меня тут как раз… совершенно случайно… завалялся школьный купальник твоего размера. Рывок! — Аяко, почуяв неладное, попыталась скрыться. Хвать! — Цумуги намертво вцепилась в неё и не отпускала. — Куда это ты собралась, Аяко-тян? — О-отпусти, Цумуги! Т-только не это… только не это, умоляю…! — Ой… Значит, Аяко-тян не нравится то, что она делает с другими? Ты же заставила меня надеть его, хотя я сопротивлялась. — Т-так то ТЫ, а это Я! Есть разница! На такой миниатюрной и милой Цумуги это выглядит «сейфово», но если такую громадину, как я, нарядить в школьный купальник — это же будет преступление против человечества…! — Всё хорошо, Аяко-тян тоже милая. Тебе обязательно пойдет. И не волнуйся, я тебя красиво сфотографирую. — Ты еще и снимать собралась?! — Так что………… веди себя смирно и надевай, Аяко-тян. — Ц-Цумуги…! Ты говорила, что не злишься… но ты же в бешенстве, да?! Я виновата! Прости! Я сделаю всё, что угодно…! Т-только… только не это — НЕ-Е-Е-Е-Е-Т!!! После этого Цумуги без лишних слов раздела меня… силой натянула школьный купальник и устроила фотосессию, пока не осталась полностью довольна результатом…