Она и я — в отношениях с почасовой ставкой 10 000 иен Глава 15 — Собеседование (2) https://lorachi.baconana.com/novel/6924105189c0d0f03c39972f/chapter/15 «…Причины, да. Ты ведь знаешь, почему я стала проблемной ученицей». Если бы человек ничего обо мне не знал, ему бы и в голову не пришло искать причины, почему первая ученица скатилась в двоечницы. Плохая репутация распространяется быстрее хорошей. Скорее всего, из-за внешности меня почти никто не воспринимает положительно. Откуда она узнала, что я поступила первой — не знаю, но в окружении с кучей негативных слухов вряд ли кто-то специально ищет во мне хорошее. И уж точно я никому не рассказывала настоящую причину своих прогулов и ранних уходов. Никому, кроме Кёка-сан. Если она хотела сделать меня помощницей Коусака-сан, то вполне могла рассказать ей о моей ситуации. О том, что родители влезли в огромные долги, что я живу в нищете и вкалываю на подработках, лишь бы хоть немного помочь. Конечно, семейные проблемы не оправдывают того, что я забросила учёбу и дисциплину. Всё это — последствия моих собственных решений, которые я принимала в одиночку. Я не собираюсь всем подряд вываливать свою историю, и не думаю, что Кёка-сан из тех, кто будет болтать о чужих бедах. Если она и рассказала — то только человеку, которому полностью доверяет. Но доверяю ли я этому человеку — большой вопрос. «…Допустим, я знаю твою ситуацию. Это тебе как-то мешает?» «М-м… нет, не мешает. Но я понимаю твой ответ как «да, знаю». И тогда мне кажется, что я начинаю понимать, почему именно меня выбрали на эту роль». Мне нужны деньги. Я готова работать на нескольких работах сразу, но всё равно не хватает. И если она знает, что я даже вынуждена бросить академию из-за нищеты… «Рекомендовала Кёка-сан. А окончательное решение приняла ты? Ладно, не важно. Ещё раз спрошу прямо: почему именно я?» Да, я была в отчаянии. Я хотела бросить академию, потому что не могу платить, но в глубине души не хотела этого. Но я никогда не надеялась, что кто-то решит мои проблемы за меня. В мире полно того, что не получить, сколько ни старайся. Я уже смирилась и пыталась отрезать всё лишнее, когда случайно выложила это Кёка-сан — не знаю, как она это восприняла. Но если всё это предложение — из жалости, то меня это страшно бесит. «Бедная девочка, ей нужны деньги — давай дадим ей работу с огромной ставкой». Если так — то нет. «А если причина именно такая, как ты думаешь, что будешь делать?» «Тогда забудем об этом разговоре». Деньги из жалости только унижают. Они ничего не стоят. «Когда мне впервые рассказали о работе, я подумала: такого не бывает. Но именно поэтому, если бы Кёка-сан действительно доверяла мне, я бы согласилась. А если это просто жалость — то совсем другая история. Деньги, полученные в искусственно созданных из жалости условиях, мне не нужны». Я понимаю, что с такими принципами из нищеты не выбраться. Сейчас не время привередничать. Но я не хочу, чтобы меня жалели за то, что я бедная. Каждый раз, когда кто-то проявляет доброту, я чувствую себя никчёмной — будто не могу жить без чужой помощи. «…Ты серьёзно относишься к работе». Тихо, почти шёпотом, произнесла Коусака-сан и явно вздохнула. «Думаешь, я из жалости протягиваю тебе руку?» Она чуть нахмурилась — едва заметно. Это явно слова человека, который знает всю ситуацию. Но в её взгляде не было ни капли жалости — скорее раздражение. Не из жалости, значит. Тогда почему? «…Впервые о тебе мне рассказала Кёка примерно полгода назад. Что в кафе, куда она ходит, есть одна официантка, с которой приятно поговорить. Я тогда особо не придала значения. Но вскоре Кёка заявила, что хочет сделать своим помощником именно эту девушку из академии Сэйко. Когда я услышала имя — не поверила. Та самая проблемная ученица из слухов? Серьёзно?» До того разговора в кафе Кёка-сан не знала, что я «проблемная». Значит, она решила, что я подхожу, просто видя меня на работе. Но для Коусака-сан, знавшей моё имя и репутацию, желание взять меня к себе выглядело нелогичным. «Конечно, я была против. Тогда я вообще не планировала никого нанимать, и даже зная, что ты из той же академии, я не стала проверять, как ты выглядишь. Тема закрылась… пока мы не встретились в парке». Она посмотрела в окно, будто вспоминая. «Там Кёка и сказала мне, что ты — Нисики Каната. И рассказала о твоей ситуации». Наверное, пока я была в отключке. И уже тогда Коусака-сан приняла решение. «Ты думаешь, что тебе предложили работу из жалости. Так вот — я никогда к тебе жалости не испытывала. Ни разу». «…………» Я ошарашенно уставилась на неё. Она смотрела прямо, без тени сомнения. …Поняла. Если она так утверждает, глядя мне в глаза — значит, правда не из жалости. Ведь Кёка-сан впервые заговорила о помощнице ещё до того разговора в кафе. Я проиграла в гляделки, вздохнула и с горькой улыбкой почесала затылок. «Тогда тем более не понимаю. Ты же не собиралась никого нанимать — что заставило тебя подписать договор?» «Ты права, окончательное решение приняла я. …Работодатель не обязан объяснять причины найма, но раз тебе так важно — скажу». Коусака-сан внезапно встала и подошла ко мне. Она смотрела сверху вниз холодными, абсолютно безэмоциональными глазами. Я даже не успела подумать, что она собирается делать — она наклонилась, лицо оказалось совсем близко. Я инстинктивно отшатнулась, но она, будто не давая сбежать, надавила. В мгновение ока я оказалась прижатой к спинке дивана. Её руки упёрлись по обе стороны от моей головы — путь к отступлению отрезан. Она нависала надо мной — опасная, почти двусмысленная поза. Длинные мягкие волосы скользнули по моей щеке, в нос ударил лёгкий сладкий аромат. «Ч-что… Коусака-са…» «Ты для меня — » Её тонкие пальцы мягко приподняли мой подбородок. Наши лица так близко, что дыхание смешивается, кончики носов почти касаются. Взгляд прикован — я не могу отвести глаза. Её зрачки медленно опустились ниже. Я поняла, куда она смотрит — сердце громко стукнуло. По спине пробежал холодный пот. …Плохо. Я вообще не понимаю, как мы тут оказались, но это точно плохо. Надо оттолкнуть её — но тело не слушается. Не застывай, идиотка…! Если так продолжится… Она, не обращая внимания на мою внутреннюю панику, ещё ближе наклонилась. Наши губы. Я уже почти чувствовала тёплое дыхание, когда она тихо прошептала: «…безопасна». Голос — будто из холодильника, полностью лишённый эмоций. По спине пробежала дрожь — не только от холодности тона. Ещё и от мягкого, едва уловимого прикосновения. Её губы, когда она произносила слова, на долю секунды коснулись моих. «っ…!?» Мой мозг чуть не взорвался от такого поворота. Я просто спросила причину найма. Почему всё закончилось… почти поцелуем? Нет, он точно был. Я лихорадочно пыталась понять, что происходит, но ответа не было. Это что, какой-то ребус?! От загадочного ответа и бешено колотящегося сердца я закрыла рот ладонью. Так и не разобравшись, я подняла белый флаг. «…Извини, всё равно не поняла». Ладно, главное — не из жалости. Уже хорошо… наверное. Думать дальше нет сил. «…Вот именно поэтому». Коусака-сан уже сидела на своём месте и снова смотрела в окно, бросив ещё одну загадочную фразу.