Я спасу слепую злодейку от её трагичного конца! — Глава 53

После того как кризис с состоянием Кайлы наконец миновал, жизнь в поместье постепенно вернулась в привычное русло. По крайней мере, внешне всё выглядело именно так. Казалось, самые темные времена уже позади. Однако… на деле всё обстояло далеко не так просто.

Точнее, одна крайне серьёзная проблема так и осталась нерешённой.

— …Странно, — нахмурившись, произнесла Кайла. — Почему моё зрение вдруг улучшилось?

После того как мне удалось вывести Кайлу из критического состояния, вместе с общим улучшением самочувствия проявился один совершенно неожиданный эффект.

К ней начало возвращаться зрение.

Конечно, о полном восстановлении способности видеть речи пока не шло. Но по сравнению с тем, в каком состоянии она находилась прежде, перемены были просто колоссальными. Теперь Кайла различала свет и тьму. Она даже могла видеть размытые очертания предметов и людей.

Я была рада этому.

Очень рада.

Вот только возникла одна маленькая загвоздка. Этого попросту не должно было произойти. Её тело слишком долго находилось под пагубным воздействием скверны, и причинённый урон был настолько тяжёл, что большинство целителей империи даже не взялись бы за лечение. Даже жрецы оказались бессильны.

По правде говоря, полностью исцелить человека с подобными повреждениями не мог практически никто.

Ну… кроме одной конкретной персоны.

Святой.

Именно поэтому внезапное улучшение зрения выглядело столь подозрительно. И, само собой, сама Кайла понимала это лучше кого бы то ни было.

Впрочем, в тот момент мне удалось среагировать достаточно быстро:

— Ваша Светлость, понимаете… улучшение вашего зрения — лишь временный эффект!

— Временный эффект? — Кайла слегка нахмурилась.

— Да. Когда я лечила вас в прошлый раз, мне пришлось применить очень большой объём святой силы. Должно быть, из-за этого часть воздействия затронула и ваши глаза.

Я сделала короткую паузу, словно тщательно взвешивая слова.

— …Но это не истинное исцеление. Скорее всего, это лишь временное улучшение, которое со временем сойдёт на нет.

Кайла некоторое время молчала. На её лице застыла задумчивость, и было ясно, что мои объяснения убедили её не сразу. Однако, к счастью, звучали они по меньшей мере правдоподобно. Так что после недолгих колебаний женщина всё же приняла мои слова на веру и не стала развивать тему дальше.

Что ещё важнее, дворецкий Джеральд тоже поверил в эту версию. По крайней мере, он не стал засыпать меня дополнительными расспросами и не пытался докопаться до истины. Так что неприятностей мне удалось избежать.

Ну или почти удалось.

Потому что оставался ещё один человек, который был единственным посвященным в правду.

Эван Хейз.

Впрочем, после того инцидента его отношение ко мне заметно переменилось. Казалось, теперь он действительно поверил, что я не желаю Кайле зла и искренне пытаюсь помочь. По крайней мере, подозрительных взглядов в мою сторону стало в разы меньше. Что, признаться, само по себе уже было огромным достижением.

Фух…

Как же здорово, что на сей раз всё обошлось!

Тем временем стрелки часов неумолимо бежали вперёд.

И я сама не заметила, как пролетело целых три месяца с того дня, когда моя нога впервые ступила на порог этого поместья. За это время многое переменилось.

Состояние Кайлы значительно улучшилось. Боль, прежде терзавшая её почти непрерывно, теперь напоминала о себе всё реже и реже. Прочие симптомы, отравлявшие ей жизнь, тоже постепенно отступали. С каждым днём её здоровье становилось чуточку крепче, чем накануне.

И, положа руку на сердце, наблюдать за этими переменами было невероятно приятно.

Зрение Кайлы также продолжало понемногу восстанавливаться.

Это был огромный прогресс.

Тот самый результат, ради которого я трудилась всё это время.

И всё же…

Каждый раз, замечая очередное улучшение, я испытывала смешанные чувства. Потому что прекрасно понимала одну простую вещь. В тот день, когда зрение Кайлы восстановится полностью, мне придётся уйти. Рано или поздно этот миг настанет. И тогда я больше не смогу оставаться рядом с ней под чужим именем.

Однако этот день пока не настал.

Так что, вопреки всем моим тревогам, моё положение всё ещё оставалось относительно безопасным. По крайней мере, на данный момент.

По словам самой Кайлы, её зрение находилось лишь на начальной стадии восстановления. Она могла различать свет, силуэты и общие контуры предметов, но всё вокруг по-прежнему оставалось расплывчатым и нечётким. Картинка перед глазами двоилась и смазывалась, превращаясь в бесформенные пятна, которые было трудно разобрать. Так что, по крайней мере сейчас, узнавать людей по внешности она не могла.

Осознав это, я невольно почувствовала облегчение.

Это означало, что я всё ещё могу находиться рядом с Кайлой, не опасаясь, что она внезапно взглянет на меня и поймёт, кто я такая на самом деле.

По крайней мере, пока.

И пусть я прекрасно отдавала себе отчёт в том, что этот день неизбежно придёт, у меня всё ещё оставалось немного времени. Времени, которое я могла провести рядом с ней.

Вообще дни в поместье Регверд обычно текли довольно мирно. После всех бурных событий прошлых месяцев жизнь здесь наконец вошла в привычную колею. Каждый был занят своими обязанностями, и никаких серьёзных происшествий больше не случалось. Порой мне даже думалось, что этот покой продлится вечно. Однако, как выяснилось, в скором времени ему суждено было пошатнуться.

И связано это было с одним праздником.

Так называемым Днём Победы. Этот праздник был учреждён императором всего год назад и посвящался триумфу Ордена Святого Меча и Святой, а также окончанию войны и восстановлению мира в империи.

Признаться, я до сих пор не знала, как к нему относиться.

С одной стороны, для большинства жителей империи этот день символизировал надежду, мир и начало новой эпохи. Но с другой… Скажем так: некоторые воспоминания, связанные с этим событием, были весьма непростыми как для меня, так и для остальных обитателей этого дома.

Так или иначе, приближение праздника ощущалось всё отчетливее. Именно поэтому я совершенно не ожидала, что первые проблемы нагрянут так внезапно.

Солнце уже клонилось к закату, когда со стороны главных ворот донёсся знакомый перестук копыт. Похоже, Ирен вернулась из академии. И всё же сегодня я сразу почувствовала: что-то не так.

Когда девочка вошла в холл, я мгновенно обратила внимание на её расстроенный вид. Плечи поникли, лицо было угрюмым, а губы сжаты в тонкую полоску. Сопровождавшая её госпожа Фаррис выглядела обеспокоенной, но хранила молчание.

— Ирен? — позвала я, подходя ближе. — Что случилось?

Девочка вскинула голову, и на миг мне показалось, будто в её глазах полыхнула вспышка гнева.

— …Всё в порядке, — буркнула она, но в её голосе не было ни капли спокойствия.

— Ирен, ты можешь мне рассказать. Что стряслось?

Она помолчала несколько секунд, а затем не выдержала и взорвалась.

— В академии сегодня вовсю готовятся к празднику! — выпалила она, и в её голосе зазвенело горькое разочарование. — Учителя твердят, что это великий день. Что мы должны радоваться и благодарить Орден Святого Меча и Святую за спасение нашей империи от катастрофы!

Я нахмурилась.

— День Победы? — переспросила я. — То есть в вашей академии тоже намечаются торжества?

— Да! — Ирен кивнула, и её лицо исказилось гримасой отвращения. — Всю неделю в академии будут идти праздничные мероприятия. Украшения, концерты, фейерверки… Все вокруг будут ликовать и превозносить этих людей!

Она замолчала, а затем добавила громче, с такой яростью, что я невольно вздрогнула:

— Ненавижу! Ненавижу этот день!

— Ирен…

— Это несправедливо! — повысила голос девочка. — Моя сестра сражалась за эту империю больше любого из этих так называемых героев. Но о ней сейчас никто даже не вспоминает! Нет, её все ненавидят!

Я обняла её.

— Ты права, — произнесла я, пытаясь её успокоить. — Ты абсолютно права, Ирен.

Что ж, это была чистая правда.

В этот день вся Империя Беррия замерла в торжественном ликовании.

Улицы городов украшали золотыми и серебряными лентами — цветами Ордена Святого Меча. На площадях возводили временные подмостки, где выступали бродячие артисты, певцы и жонглёры. В каждом храме служили благодарственные молебны, прославляющие Святую.

В богатых особняках гремели пышные пиры, по главным проспектам маршировали военные парады, а по вечерам небо над столицей озарялось тысячами фейерверков. Дети носились по улицам с бумажными мечами и резными деревянными фигурками святых героев.

Для большинства жителей империи этот день был праздником надежды. Днём, когда можно было выдохнуть и поверить, что тьма отступила навсегда.

Но только не для поместья Регверд.

Здесь, в этих стенах, окутанных тишиной и полумраком, никто не развешивал золотых лент. Никто не закатывал пышных банкетов. Никто не возносил благодарственных молитв.

Потому что та, кто внёс огромный вклад в эту победу, в глазах империи считалась врагом. Её имя не фигурировало в императорских указах, а заслуги были вымараны из хроник. Так что всенародный День Победы для обитателей этого дома походил скорее на худший день в году и день траура.

Ведь пока вся империя праздновала триумф Ордена Святого Меча, Кайлу Регверд, бывшую одним из тех самых героев, все ненавидели и предали забвению.

— Я ненавижу их, — прошептала Ирен, прижимаясь ко мне. — Ненавижу Орден Святого Меча! Ненавижу Святую! Чтоб они сгорели в аду, все те, кто сотворил это с моей сестрой!

С губ Ирен сорвалось грубое ругательство.

В любой другой ситуации я бы непременно отчитала её. В конце концов, детям не подобает так выражаться. Но поскольку я была целиком и полностью согласна с её словами, то не смогла даже возразить.

Она отстранилась и посмотрела мне прямо в глаза.

— Когда я вырасту, я отомщу им, — заявила Ирен, и в её голосе зазвучала нешуточная решимость. — А особенно я накажу эту Святую. Она ужасная, омерзительная женщина! Я заставлю её ползать у меня в ногах и молить о пощаде!

Э-э… вот как…

Я лишь нервно хохотнула.

С одной стороны, я была абсолютно согласна с чувствами Ирен. Но с другой — мне стало слегка не по себе от мысли, что отомстить она планирует конкретно мне… Ха-ха, ситуация, прямо скажем, вышла двусмысленной. Поэтому я поспешила сменить тему.

— Ну… — кашлянула я. — Может, не стоит так расстраиваться? В конце концов, этот праздник не имеет к нам никакого отношения.

Ирен на секунду замолчала.

— …Наверное, ты права, — задумчиво протянула она, но злость в голосе всё ещё чувствовалась. — Но это не значит, что я должна радоваться вместе с ними!

— И не нужно, — улыбнулась я. — Ведь у нас есть свой собственный праздник, разве нет?

Ирен вскинула бровь.

— Какой ещё праздник?

Я задумалась всего на мгновение, потому что ровно в эту секунду меня осенила поистине гениальная мысль.

— Что, если мы устроим праздник в честь Её Светлости? — предложила я. — Не в честь победы ордена или Святой. А в её честь. В честь Её Светлости, которая сражалась за эту империю больше кого бы то ни было!

Ирен уставилась на меня круглыми глазами.

— Праздник… в честь моей сестры? — переспросила она дрогнувшим голоском.

— Да, — кивнула я. — Мы украсим дом, приготовим её любимые блюда, устроим небольшой концерт — ну, ты ведь умеешь играть на фортепиано. Сделаем всё, чтобы Её Светлость почувствовала себя счастливой. Что скажешь?

Ирен помолчала несколько секунд, а затем её лицо озарила по-настоящему сияющая улыбка.

— Это… это просто потрясающе, тётя Ева! — воскликнула она. — Почему я сама до этого не додумалась?

— Хи-хи. Рада, что тебе нравится.

— Нравится?! Да я в восторге! — Ирен уже подпрыгивала на месте, позабыв о недавней хандре. — Значит, устроим праздник уже завтра?!

— Да, завтра. Нам как раз хватит времени на подготовку.

— Да-да! — Ирен схватила меня за руку. — Я тоже помогу! Развешу украшения, приготовлю подарок, разучу песню на фортепиано… Тётя Ева, это будет самый лучший праздник на свете!

Я только рассмеялась.

— Тогда беги скорее готовиться, — сказала я.

Ирен кивнула, чмокнула меня в щёку и вихрем умчалась наверх.

Я проводила её взглядом с улыбкой.

Мысль о грядущем торжестве в честь Кайлы согревала душу. Пускай весь остальной мир забыл о ней. Пускай империя празднует триумф тех, кто не стоил и шнурков на её сапогах. Зато у нас был этот дом. Были мы. И мы непременно сделаем так, чтобы Кайла почувствовала себя любимой!

С этим настроем я направилась на кухню, ведь там у меня тоже оставалось одно дело.

Точнее, я собиралась встретиться с поваром, чтобы обсудить детали меню для завтрашнего торжества.

Да, аллилуйя. В этом доме наконец-то появилась новая кухарка!

Прощайте, деньки у плиты!

Хотя, справедливости ради, то время нельзя было назвать плохим, ведь мне искренне нравилось готовить для Кайлы и Ирен. И всё же кулинария не была моим главным призванием, так что я от всей души радовалась возможности передать эти обязанности кому-то другому.

Новую кухарку поместья звали Марта Коул — пухленькая женщина лет сорока с добрым лицом и золотыми руками. Дворецкий Джеральд нанял её около месяца назад, и с тех пор мы прекрасно ладили. В конце концов, всегда полезно быть в хороших отношениях с человеком, который готовит тебе еду.

— Госпожа Коул, — позвала я, входя на кухню. — Мне нужно кое-что с вами обсудить.

— Мисс Райдер! — женщина отложила нож и вытерла руки о фартук. — Что-то стряслось?

— Кое-что намечается, — улыбнулась я. — Завтра мы устроим небольшой праздник. Я хотела бы попросить вас приготовить кое-что особенное.

— Праздник? Какой ещё праздник? — Марта с любопытством подошла ближе.

— Для Её Светлости, — ответила я. — Мы с Ирен решили устроить торжество в её честь.

Глаза женщины округлились.

— Праздник в честь великой герцогини? О, вот как… Замечательная мысль, — одобрила она. — Значит, приготовить что-то особенное? Что именно вы хотели бы видеть?

Я протянула ей уже заготовленный список блюд.

— Вот. Тыквенный суп с имбирём — Её Светлость его очень любит. Запечённая рыба под белым соусом, мясное рагу с травами, овощной гратен… А на десерт — ягодный тарт.

Марта пробежалась взглядом по списку и кивнула.

— Всё сделаем, — уверенно произнесла она. — Завтра с самого утра и примусь за готовку!

— Спасибо огромное, госпожа Коул, — искренне улыбнулась я. — Я знала, что на вас можно положиться.

— Ой, мисс Райдер, — смущённо отмахнулась женщина. — Готовить для великой герцогини — для меня большая честь!

Я вышла из кухни, чувствуя, как внутри разливается сладкое предвкушение.

Завтрашний день будет днём Кайлы.

Мы подарим ей тот праздник, которого она по-настоящему заслуживает. И даже если весь мир отвернулся от неё — у неё есть мы. И это было главным.