Новелла

Отличница пришла за товарами для взрослых — Глава 9

Скачать: TXT DOCX EPUB

Тем же вечером. Пока Ая, как обычно, листала ленту в телефоне, дежуря в секс-шопе, шторку уверенно отдёрнула уже ставшая завсегдатаем гостья — на её лице больше не было ни капли прежней скованности.

— Добро пожаловать, сейчас никого нет.

Заметив знакомый девичий силуэт, Ая заглянула за матовую перегородку и подала голос.

Услышав её, Юки облегчённо выдохнула, оперлась локтями о прилавок и заглянула под шторку. Встретившись глазами с Аей, она тут же расцвела:

— Добрый вечер!
— Угу, добрый. Зайдёшь внутрь?
— Эхе, спасибо за гостеприимство.

Ая толкнула створку дверцы, и Юки ловко проскользнула за стойку, устроившись на уже разложенном для неё складном стуле.

Опустившись рядом, Ая почувствовала удивительное, ни с чем не сравнимое умиротворение. С самого утра она оказалась в эпицентре школьного скандала, в обед успела сцепиться с наглой первоклашкой, после уроков отбивалась от бесконечных расспросов одноклассников — и вот наконец наступил этот тихий вечер.

Спокойные минуты рядом с людьми, перед которыми не нужно надевать маску, вроде Такаги или Юки, действовали как бальзам на измотанную душу.

— Как учёба продвигается?
— Так, потихоньку. Ни шатко ни валко, всё как обычно.
— …Слушай, прости за сегодняшнее утро. Это всё из-за меня. Если добавил тебе головной боли — правда извини.

Если разобраться, сплетня ведь поползла именно потому, что их видели вдвоём. А для отличницы, которой нужно с головой уходить в подготовку к экзаменам, такая шумиха могла стать лишней помехой.

Но Юки лишь с мягкой усмешкой скрестила руки, обхватив себя за локти:

— Знаешь, хоть мне и неловко об этом говорить, но… здесь ведь никто не виноват, правда? Если тебе так легче, можешь извиняться, но я вообще не парюсь. Давай мы обе прекратим просить друг у друга прощения. Слухи скоро утихнут, и никаких проблем от них нет.

Ая задумчиво почесала затылок, переваривая её слова, и наконец кивнула:
— …Пожалуй, ты права. Договорились.

Юки тепло улыбнулась, расцепила руки и положила ладони на колени. А затем, словно вспомнив что-то важное, тихонько хлопнула себя по коленке: «А, точно!»

— Кстати, раз уж зашла речь про слухи… эм-м…

Она вдруг замялась, неловко потирая шею, и отвела взгляд. Видно было, что вопрос вертится на языке, но даётся с трудом.

«Что-то её тревожит?» — подумала Ая и постаралась придать лицу максимально мягкое, располагающее выражение, вопросительно склонив голову. Юки пару секунд изучала её, сдавленно хмыкнула: «М-м…», прикрыв рот ладонью, затем облизала пересохшие губы и, чтобы унять волнение, сцепила пальцы у груди:

— Слушай… ты ведь не будешь встречаться? С той девочкой.

На секунду Ая зависла, не понимая, о чём вообще речь, и уставилась в потолок, прокручивая в голове события дня.

Что за девочка? Спустя пару секунд в памяти всплыл обеденный перерыв. В голове так прочно засела их перепалка во дворе, что сама суть визита напрочь выветрилась. Ая хлопнула себя по лбу: «А-а!»

— Ты про Токиву, что ли? Точно, с этого же всё и началось. Я уже и забыла.
— «С этого началось»?.. — мгновенно уцепилась за оговорку Юки.

— Ага. Если коротко — встречаться мы не будем. Не вдаваясь в подробности: я ей на фиг не сдалась, а тот спектакль у двери был просто предлогом. Так что не бери в голову.

Вспомнив перекошенное лицо первоклашки перед уходом, Ая отрезала это легко и безапелляционно. Юки растерянно моргнула, но в целом, кажется, приняла ответ — в её глазах промелькнуло явное облегчение.

— Вот как… Но всё равно непонятно, зачем ей такой предлог. Она тебе какие-то гадости сделала?

В её голосе зазвучала искренняя тревога, и Ая решила приоткрыть завесу тайны, чтобы окончательно успокоить подругу:
— Я не очень понимаю, сколько тут можно болтать, так что если услышишь какую-нибудь дичь — сделай вид, что не слышала, ладно?
— Ну и задачки ты ставишь…
— Короче, её план был в том, чтобы замутить со мной — раз уж вокруг меня сейчас столько шума — и за счёт этого прославиться на всю школу. …Да знаю я, знаю! У меня самой точно такое же лицо было, когда я это услышала.

Юки ошарашенно захлопала ресницами, но изо всех сил попыталась уложить этот бред в голове и даже неуверенно кивнула. Облизав губы, она задумчиво протянула:
— Как-то всё это странно… Неужели от такого можно стать знаменитой?
— Кто знает. Она и не метила в звёзды эстрады — скорее, хотела занять нишу вроде твоей, чтобы её просто знали и уважали в школе.
— …По-моему, там вообще нечему завидовать.
— Я тоже так считаю. Но так рассуждают те, у кого это признание уже есть. А я её… отчасти понимаю. Совсем чуть-чуть, но мне знакомо это чувство — паника человека, который вдруг всё потерял.

Услышав это, Юки нахмурилась и задумчиво склонила голову. Подобрав слова, Ая продолжила:

— Ей не нужен статусный партнёр или дешёвая популярность. Судя по тому, как она говорила, ей просто хочется иметь хоть что-то, чем можно гордиться… Свой собственный контур.
— Контур?.. В смысле, ощущение собственной личности, индивидуальности?

Ая тихо хмыкнула, подалась вперёд и подпёрла щёку кулаком, уперев локоть в колено:

— Ну, как бы объяснить… Вот, например, ты: «гениальная отличница из семьи врачей». Я в прошлом году была «бронзовым призёром страны по лёгкой атлетике». Синодзаки — «звезда футбольного клуба». Когда люди смотрят на человека, они видят этот внешний фасад — рамку, которая определяет, кто ты есть.

Юки слушала её теорию с глубоким, сосредоточенным вниманием:
— …Пожалуй, я понимаю. Люди и правда любят вешать друг на друга ярлыки.
— Вот именно. И беда в том, что человек, который однажды примерил на себя такой ярлык, потом всю жизнь мерит себя этой линейкой. Со мной так и вышло. Когда я ушла из спорта и лишилась привычной оболочки, я вообще перестала понимать, кто я такая. …Кто-то скажет, что человеку никакие рамки не нужны, но, по-моему, так легко рассуждать только тем, кто никогда не падал с пьедестала.

Таких безбашенных людей, как Махиру Яэхата, которым плевать на любые рельсы и ярлыки — единицы на миллион.

— Эта первогодка — Токива — подкатила ко мне, потому что захотела приклеить на свою пустоту красивую бирку: «Та самая, ради которой бросили саму Юки Каяно».

Оформив смутную догадку в чёткие слова, Ая почувствовала, как пазл в голове встал на место. Подперев подбородок, она прикрыла глаза, уходя в размышления. Да, Сакура Токива отчаянно искала себе хоть какую-то опору — и в итоге решила пустить в ход единственное оружие, которое у неё было.

Самой Ае после травмы повезло: рядом оказались люди, которые помогли ей не сломаться и неспешно нащупать новую дорогу. А вот Сакура… Неизвестно, что именно подтолкнуло её к этой авантюре, но она явно блуждала в потёмках без единого ориентира. Хотелось бы подсказать ей верный путь, но кто сказал, что Ая сама знает, как правильно? Не слишком ли это самонадеянно? Ая так и не нашла ответа.

— Мидзуки-сан…

Ая словно вынырнула из глубины и подняла голову. Прямо перед ней сидела Юки с непривычно серьёзным лицом.

— Ты так глубоко видишь людей. Я ещё тогда, в первый раз, это заметила.

От столь прямого комплимента Ая на мгновение растерялась, пытаясь примерить эти слова на себя. Никогда не считала себя тонким психологом — скорее уж вечно суёт нос не в свои дела и нарывается на грубость.
— Просто я вечно лезу куда не просят, — буркнула она.
— Нет, ты просто очень заботливая, — без единой паузы парировала Юки.

Ая смущённо шмыгнула носом и отвернулась, пряча румянец. Когда твою главную занозу в характере называют достоинством, становится до жути неловко.

— …Раз уж я такая заботливая, скажу прямо: за тебя я тоже переживаю, Каяно.

Чтобы не сгореть от смущения под потоком похвал, Ая решила перевести стрелки. Юки тут же состроила гримасу, будто проглотила горькую пилюлю, крепко зажмурилась и замахала руками: «Ничего не слышу!»

— Ну, сейчас можешь и не слушать, — мягко усмехнулась Ая. — Но если серьёзно… Есть вещи, от которых не убежишь, как ни старайся. И будущее — одна из них. Даже если ты зажмуришься и замрёшь на месте из страха перед переменами, время всё равно превратит тебя во взрослую. Не забывай об этом.

Говоря это, Ая словно обращалась и к самой себе. Юки тихо вздохнула, признавая поражение:
— Я знаю. Да… я всё это понимаю.
— Прости, зря гружу. Ты ведь сюда отдыхать приходишь.
— Нет, что ты! Наоборот, когда я с тобой говорю, в голове всё раскладывается по полочкам. Ты меня правда выручаешь.

В этих словах не было её привычной бодрой улыбки, призванной успокоить собеседника — только тихая, выстраданная искренность человека, который наконец нащупал правду внутри себя.

И всё же Аю грызло сомнение. Приходить к человеку, который ищет спасения в грёзах, и окатывать его ледяной водой реальности… Она прикрывалась красивыми словами о заботе, но не было ли это обычным эгоизмом — попыткой успокоить собственную тревогу за неё?

Ведь сама Ая Мидзуки всё ещё блуждала в темноте, так и не найдя свой собственный контур.