Я спасу слепую злодейку от её трагичного конца! — Глава 36

Кайла Регверд и сама не понимала почему, но в последнее время её душевное состояние сделалось ещё более невыносимым, чем обычно. Каких-то конкретных причин для этого вроде бы не было… однако раздражение внутри неё копилось с каждым прожитым днём.

А началось всё примерно неделю назад.

В тот день всё шло своим чередом. Кайла коротала время в полумраке собственной спальни, наедине с тишиной, ставшей для неё уже привычной за последние несколько месяцев.

И вдруг сквозь это безмолвие до неё донеслись чужие голоса.

— …Я же говорю тебе, это было в «Золотом драконе», ну, в том кафе на площади…

— А, в том самом?

— …Мисс Райдер… кто бы мог подумать, что она и правда…

— …Как думаешь, она теперь останется?..

— …Тсс! Хозяйка услышит…

— …Да что она услышит? Сквозь такую дверь вообще ничего не разобрать…

Голоса звучали слишком оживлённо. Слишком громко.

И от этого Кайла невольно нахмурилась.

В конце концов, поместье Регверд уже давно погрузилось в холод и запустение, словно отражая состояние самой хозяйки. Последние полгода в этих стенах не было места ни смеху, ни веселью, ни даже праздной болтовне слуг, столь привычной для других аристократических домов.

Но сейчас…

Служанки, проходившие мимо её комнаты, возбуждённо перешёптывались между собой. А Кайла благодаря слуху, отточенному долгими годами войны, без труда улавливала каждое слово.

Обычно подобный шум лишь раздражал её. Будь это самый заурядный разговор прислуги, она бы попросту пропустила его мимо ушей.

Однако одна деталь заставила Кайлу насторожиться.

В этих оживлённых пересудах почему-то слишком часто всплывало имя целительницы, работавшей в особняке. Ева Райдер… Кайла понятия не имела, с какой стати слуги вообще взялись обсуждать её. До неё долетали лишь обрывки фраз, лишённые каких-либо подробностей, и именно поэтому происходящее начинало бесить её ещё сильнее.

Она не понимала, что творится. И это ей категорически не нравилось.

Прежде чем Кайла сама успела это осознать, она уже начала невольно прислушиваться к чужим разговорам, пытаясь уловить хоть какие-то подробности. Хотя всё это, по сути, не имело к ней ни малейшего отношения. И всё же… в итоге она решила выяснить всё напрямую.

А для этого во всём поместье имелся лишь один человек, к которому она могла обратиться с подобным вопросом: дворецкий Джеральд.

В очередной раз, когда старый дворецкий принёс обед в её покои, до него неожиданно долетел вопрос:

— Расскажи мне обо всех слухах, что ходят по дому в последнее время.

Честно говоря, старик на миг оторопел.

— Ваша Светлость… не могли бы вы уточнить, что именно имеете в виду?

Кайла медленно выдохнула, пытаясь сохранить остатки терпения.

— Я говорю о том, о чём служанки уже неделю шепчутся под моей дверью, — холодно процедила она. — О мисс Райдер. Если тебе нужна конкретика.

Джеральд замер. На долю секунды на его обычно непроницаемом лице промелькнуло искреннее замешательство. Вовсе не потому, что он не знал, о чём речь — старый дворецкий был в курсе всего, что творилось в этом доме. А потому, что госпожа прежде никогда в жизни не проявляла интереса к подобным вещам.

— Ваша Светлость, — осторожно начал он, — могу я спросить, почему вас это… заботит?

— Я не говорила, что меня это заботит, — резко оборвала Кайла, и в её голосе зазвучало раздражение. — Просто я слышала, как горничные судачат о ней. В моём собственном доме. Разве я не имею права знать, о чём болтает моя прислуга?

Джеральд помолчал несколько секунд, явно взвешивая слова.

— Имеете, Ваша Светлость, — наконец произнёс он. — Просто… раньше вы никогда не интересовались сплетнями о работниках.

— Раньше работники не обсуждали мою целительницу так громко, чтобы я слышала их даже сквозь запертую дверь, — холодно отрезала Кайла. — Так что они говорят? Отвечай.

Старый дворецкий тяжело вздохнул.

По правде говоря, ему совершенно не хотелось обсуждать эту женщину. И уж тем более её личную жизнь… Хотя Джеральд действительно прекрасно знал, о чём в последнее время шептались слуги, сам он предпочитал игнорировать пустую болтовню. Но кто бы мог подумать, что сама хозяйка станет расспрашивать его об этом?..

И теперь, невзирая на явное нежелание отвечать, ему всё же пришлось заговорить.

— Прислуга, Ваша Светлость… обсуждает личную жизнь мисс Райдер, — с неохотой выдавил Джеральд. — Точнее… её любовника.

Услышав это, Кайла на мгновение оцепенела.

Затем её брови медленно сдвинулись к переносице.

— …Любовника? — переспросила она, и в её голосе промелькнуло нечто странное. Нечто такое, чему даже сама Кайла не смогла бы подобрать названия. — У неё есть… любовник?

— Если верить горничным, да, — ровным тоном ответил Джеральд, без тени эмоций, но каждое его слово словно врезалось в тишину спальни. — Одна из служанок, кажется, видела мисс Райдер в кафе в компании мужчины. Благородного и богато одетого. По описанию — человека явно не простого сословия…

Мужчины?

Кайла почувствовала, как в груди неприятно кольнуло. Она не понимала, что это было — гнев? Раздражение? Или нечто иное, чему она пока не находила имени?

— И что с того? — нахмурилась она.

— Слуги полагают, что этот господин — возлюбленный мисс Райдер, — спокойно продолжил Джеральд. — По их словам, они сидели вдвоём в кафе и выглядели… как влюблённая пара.

В этот момент Кайла резко отвернулась к стене. Её пальцы, лежавшие на одеяле, против воли сжались.

— И с каких это пор мои слуги тратят время на обсуждение личной жизни целительницы, которая работает здесь всего месяц? — спросила она, и голос прозвучал заметно резче, чем ей хотелось бы.

— Людям свойственно интересоваться чужой жизнью, Ваша Светлость, — дипломатично отозвался Джеральд. — С этим ничего не поделаешь.

Старик лишь невозмутимо пожал плечами, но Кайла раздражённо фыркнула.

— Это просто пустые и бессмысленные сплетни! — отрезала она.

— Разумеется, — не стал спорить Джеральд. — Но слуги остаются слугами. Им всегда нужны темы для разговоров.

После этих слов Кайла надолго замолчала.

Она прекрасно понимала, что всё это её не касается. Какое ей дело до того, с кем встречается эта женщина за пределами поместья? Ева Райдер была всего лишь наёмной работницей в этом доме, и не более того. Её личная жизнь не имела к Кайле никакого отношения. Совершенно никакого.

И всё же…

Она всё равно чувствовала странное раздражение. Необъяснимое, непонятное — такое, от которого хотелось с силой швырнуть об стену что-нибудь тяжёлое.

— …Ваша Светлость, — голос Джеральда вывел её из оцепенения. — Желаете чего-нибудь ещё? Или я могу идти?

Кайла ответила не сразу.

Какое-то время она просто сидела неподвижно, невидящим взором уставившись в стену и пытаясь разобраться в самой себе. Почему эти дурацкие слухи так задевали её? Почему она вообще позволила себе обратить внимание на подобную чушь?

И почему… это злило её с такой неистовой силой?

Лишь спустя некоторое время Кайла наконец глухо обронила:

— Оставь меня. Ступай.

— Слушаюсь, Ваша Светлость.

Она услышала, как дворецкий поставил поднос на стол. Затем — размеренные, удаляющиеся шаги. А мгновение спустя тихо скрипнула и закрылась дверь, вновь погрузив спальню в привычное безмолвие.

Кайла Регверд осталась одна.

И всё же избавиться от навязчивых мыслей ей так и не удалось.

— Неважно… — едва слышно прошептала она в пустоту. — Всё это совершенно неважно.

Но где-то в глубине души Кайла уже понимала: это была ложь.

Потому что с тех самых пор, как в её жизни появилась эта странная девица с сияющими глазами, нелепыми идеями и невозможным упорством… что-то переменилось. Что-то шевельнулось в её холодном, пустом мирке. И именно это пугало Кайлу куда сильнее любой битвы, любого врага или смертельной опасности.

Потому что она абсолютно не знала, что с этим делать.

Она не умела справляться с чувствами, которые теперь заставляли её срываться на слуг, на Джеральда, на саму себя… и на какого-то неизвестного мужчину, которого челядь окрестила любовником Евы Райдер.

Кайла крепко сжала кулаки и резко отвернулась к стене.

— …Идиотка, — глухо процедила она сквозь зубы.

Вот только она и сама не знала, кого имела в виду.

Еву Райдер.

Или саму себя.

После того как между нами повисло тяжёлое, давящее молчание, я на миг замялась, совершенно не зная, что сказать.

Мне почему-то и правда казалось, будто Кайла на меня злится. Но за что?.. В последнее время я ведь даже повода не давала!

Я глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться.

Что ж, как бы то ни было, я всё равно собиралась отдать ей принесённую главу романа. В конце концов, ради чего тогда были все эти бессонные ночи и труды?

— …Ваша Светлость, — осторожно начала я, стараясь придать голосу как можно более мягкую интонацию. — Простите, если сейчас не самое подходящее время… но мне очень хочется кое-что вам показать.

Кайла не повернулась. Её напряжённая спина оставалась неподвижной, и мне почему-то почудилось, будто каждое моё слово лишь сильнее выводит её из себя.

— О чём ты? — резко бросила она.

— О книге, — я осторожно сделала шаг ближе, чувствуя, как сердце нервно трепыхается где-то у горла. — Сегодня я принесла кое-что специально для вас.

— Книгу? — в голосе Кайлы прозвучало неподдельное недоумение. — Я не просила никаких книг.

— Не просили, — согласилась я. — Но… я сделала её для вас.

Короткая пауза.

А затем я наконец добавила:

— Сама.